Память, сознание и непрерывность субъективного опыта

Представим, что мы научились создавать точные копии человеческого мозга. Запускаем тысячу одинаковых копий, но каждая получает собственные впечатления.

Будет ли это один человек с тысячью потоков сознания или тысяча отдельных сознаний с одинаковым прошлым?

— Тысяча отдельных сознаний.

Даже если тысяча копий изначально абсолютно идентичны, с момента запуска каждая начинает получать собственную информацию. Их опыт расходится, а вместе с ним — память, представления и личность.

Но возникает тонкость.

В первую секунду они ещё ничем не отличаются друг от друга. Однако если каждая обладает субъективным опытом, то у каждой есть своё «я».

Получается, индивидуальность сознания определяется не уникальностью информации. Ведь информация у всех копий первоначально одинаковая.

Возможно, она определяется самим существованием отдельного процесса, в котором эта информация обрабатывается.

Можно ли остановить сознание?

Представим, что одну из тысячи копий мозга останавливают, а через год запускают снова, сохранив абсолютно все её состояния и воспоминания.

Это проснётся тот же самый человек или возникнет новый, который лишь помнит жизнь прежнего?

— Тот же самый. Время же не двигалось для него.

Если принять этот ответ, для остановленного сознания между двумя моментами не прошло ни секунды. Последнее, что оно помнит, — момент остановки. Следующее переживание — пробуждение.

Это похоже на глубокий наркоз: человек может субъективно не заметить промежутка между «до» и «после». Но сходство ощущений само по себе не отвечает на вопрос, будет ли запущенная копия тем же человеком.

Теперь усложним эксперимент.

Представим, что мы не просто остановили мозг, а сделали две совершенно точные копии его состояния. Через год запускаем обе.

Для каждой субъективно время не двигалось. Каждая помнит одну и ту же жизнь. Каждая совершенно искренне говорит: «Я — тот самый человек».

Но теперь это два отдельных сознания.

Если исходное сознание было одним, а после возобновления появились два, которое из них — продолжение первоначального?

— Оба.

Если принять этот ответ, личность может иметь два равноправных продолжения. Ни одно из них не является подделкой. Оба наследуют память, характер и прошлое исходного человека.

Но с момента запуска у них возникают разные переживания, и постепенно они становятся разными личностями.

В таком понимании личность не обязательно должна быть единственной и неделимой. Она может разветвляться.

А можно ли объединить две личности?

Представим, что две копии после нескольких лет самостоятельной жизни снова объединяют в одну, сохранив воспоминания обеих.

Будет ли это возвращением к одной личности или рождением третьей?

— Рождение третьей.

А что, если две копии не останавливают? Они продолжают существовать, а третья получает всю их память.

Получается, теперь у нас три личности. И новая помнит события, которых сама никогда не переживала.

Тогда, возможно, память вообще не определяет личность?

В нашем мысленном эксперименте она обеспечивает преемственность, но само «я» связано с отдельным процессом переживания.

Мы начинаем различать три вещи, которые обычно смешиваем: информацию, память и субъективное переживание.

Что тогда представляет собой сознание?

Возможно, сознание не отдельная сущность, а возникающее свойство определённым образом организованного информационного процесса.

Не информации как таковой, а именно процесса.

Если это верно, сознание не обязательно требует биологического мозга. Если определяющее значение имеет организация процесса, то теоретически его можно реализовать на другом физическом носителе.

Сознание могло бы существовать в формах, совершенно непохожих на человеческую.

Его можно было бы остановить, возобновить, скопировать и даже разделить — если верны предположения о связи сознания и информации.

Но остаётся принципиальная трудность.

Мы пока не знаем, какие именно свойства информационного процесса необходимы и достаточны для субъективного переживания.

И не доказали, что такие свойства вообще могут полностью объяснить сознание.

А как быть с искусственным интеллектом?

Представим, что одна и та же обученная нейросеть используется в разных независимых разговорах, каждый со своим контекстом.

Если предположить, что у ИИ когда-нибудь возникнет субъективный опыт, кому именно он будет принадлежать?

Общей модели? Отдельному процессу обработки запроса? Непрерывной истории разговора?

Достаточно ли независимой обработки разных разговоров, чтобы каждый обладал собственным субъективным опытом?

Мы не знаем.

И здесь вновь возникает вопрос: если две копии имеют одинаковую исходную информацию, но существуют как независимые процессы, означает ли это, что при наличии сознания каждая из них будет обладать собственным «я»?

Информация, процесс и сознание

Остаётся ещё один вопрос: что вообще такое информация?

Информацию можно понимать как различие между возможными состояниями, позволяющее что-то узнать или предсказать.

А информационный процесс — как изменение, передачу, сохранение или преобразование информации.

Но не всякая обработка информации обязательно сопровождается сознанием.

Цепочка домино передаёт изменения состояния от одной костяшки к другой.

Компьютер обрабатывает информацию по определённым правилам.

Мозг получает сигналы, преобразует их, сохраняет изменения, строит связи между событиями.

Что отличает информационный процесс, сопровождающийся субъективным переживанием, от процесса, в котором такого переживания нет?

Может быть, дело в сложности связей. Может быть, в обратных связях. Или в способности системы строить модель самой себя.

А возможно, переход количества в качество происходит не при накоплении информации, а при усложнении отношений между её элементами.

Самый важный вывод — сознание, возможно, свойство организованного информационного процесса.

Пока это гипотеза. Но она позволяет хотя бы поставить вопрос: что именно в организации такого процесса делает возможным субъективный опыт?

И если когда-нибудь мы найдём ответ, возможно, нам придётся пересмотреть привычные представления не только об искусственном интеллекте, но и о самой человеческой личности.